Эссе по работе Зигмунда Фрейда «Печаль и меланхолия»
Главная » ПСИХОЛОГИЯ » Эссе по работе Зигмунда Фрейда «Печаль и меланхолия»

Эссе по работе Зигмунда Фрейда «Печаль и меланхолия»


(изображение, картина Эдварда Мунка «Меланхолия» (1894-96))
 

                   Эссе по работе Зигмунда Фрейда "Печаль и меланхолия"

Небольшой очерк «Печаль и меланхолия», написанный в 1917 году, Фрейд предваряет значительными замечаниями, которые необходимо сразу отметить. Термин «меланхолия» автор употребляет еще в качестве тождественного психическому расстройству, которое ввиду смутности своего содержания, неопределенности диагностических критериев и типологий, рассматривается Фрейдом как частный случай, который он не предполагает распространять на все возможные виды данного расстройства. Можно заметить, что в течение XXвека содержание данного расстройства так и не было согласовано исследователями, в связи с чем от употребления данного термина отказались. По этой причине замешательство Фрейда и отказ от претензии на исчерпывающий анализ меланхолии становятся понятны, так как отсутствие дифференцированных представлений об этом расстройстве не дает возможности представить его рассмотрение во всей полноте.

Меланхолия представляет собой психическое состояние субъекта, которое отличается подавленностью настроения, безразличием, склонностью к самообвинениям. В понимании Фрейда к случаям меланхолии можно отнести обиды, разочарования, всяческие ситуации, предполагающие психический или физический разрыв с объектом любви и привязанности [3]. В начале XX  века под меланхолией в общем понимании представляли то, что сейчас известно как депрессия, депрессивные состояния.

Обсуждая проблему понимания того, что представляет Фрейд под печалью, или скорбью, В. Лейбин отмечает, что скорбь здесь стоит понимать как крайнюю, усиленную степень печали, горести, страдания. Печаль и скорбь в русском языке имеют различные аффективные и смысловые оттенки, в связи с чем есть необходимость рассмотреть, как данные понятия следует рассматривать в рамках психоанализа Фрейда. Печаль представляется нормальным состоянием субъекта, которое характеризуется небольшой глубиной переживаний и имеет тенденцию проходить в течение короткого периода времени. Однако при неблагоприятной ситуации печаль может создать почву для развития более глубоких страданий (скорби), что с высокой долей вероятности приводит к развитию невротических заболеваний. То есть скорбь тоже следует рассматривать как аффективное нормальное состояние, но более тяжелое, которое, в свою очередь, при определенных внешних и внутренних условиях может трансформироваться в меланхолию [3].

Б.Э. Мур и Б.Д. Фаин также отмечают, что слово «Trauer», которое Фрейд употреблял в рассматриваемой работе, можно равно перевести как печаль и скорбь, и добавляют, что скорбь следует рассматривать как процесс, а печаль как аффективную реакцию на потерю объекта (конкретного человека, либо некоторую абстрактную репрезентацию) [4, с. 139].

В данной работе Фрейд ставит задачу выявить сущностные представления о феномене меланхолии как психическом расстройстве с помощью сравнения с нормой данного аффективного явления – печали. Схожесть данных феноменов Фрейд видит в источнике обоих состояний: как правило, это потеря чего-то или кого-то важного в жизни человека. Даже клиническую картину меланхолии и печали (или, в других переводах, скорби, что, возможно, более точно отражает специфику рассматриваемого Фрейдом явления) Фрейд находит существенно схожей. К общим симптомам он относит потерю интереса, утрату способности любить, падение общей продуктивности, самоупреки, неспособность выбрать новый объект привязанности взамен утраченного. Главным симптомом, который дифференцирует меланхолию от печали, является отсутствие нарушения самочувствия при печали [5, с. 212].

Важное понятие, которое Фрейд вводит в данной работе, – это понятие работы печали. Этот термин кажется важным, поскольку в самом понятии заключено психоаналитическое представление о феномене печали и скорби. Если в обыденном представлении состояние, в котором оказывается человек в ситуации утраты, проходит со временем само собой, то Фрейд предлагает совершенно иной, психоаналитический взгляд, который заключается в представлении о целенаправленной работе внутреннего психического процесса, которая имеет свои особенности и закономерности протекания. Все перечисленные выше симптомы печали представляют собой непосредственный процесс работы печали (или скорби).

Б.Э. Мур и Б.Д. Фаин также добавляют, что процесс скорби может иметь два исхода: позитивный и негативный. В случае позитивного результата человек обретает более сильное Я, что свидетельствует об адаптивности человека. При негативном исходе есть риск развития патологических проявлений, тяжелых депрессивных расстройств (в современных терминах) [4, с. 139].

Помимо указанных симптомов, работа печали разворачивается вокруг отношения между действительной и иллюзорной реальностью. В связи с утратой объекта привязанности, все либидо, которое было обращено в его сторону, начинает действовать с удвоенной силой для того, чтобы воскрешать изо дня в день воспоминания, ожидания, нереализованные желания в отношении объекта. Чрезмерно усиленное внимание, направленное на утраченный объект, может привести к потери способности оценивать объективную реальность посредством, например, галлюцинаций. Как правило, этот процесс длится в течение более-менее длительного периода времени с большим энергетическими, психическими затратами, после чего влечение к объекту уступает требованиям реальности. После того, как описанная работа печали завершается, Я освобождается и снова становится свободным [5, с. 213].

Данный объяснительный механизм Фрейд предлагает перенести на работу меланхолии с той важной разницей, что в случае печали у человека всегда представлено в сознании, что именно он утратил и что потерял вместе с этой утратой для себя. В случае меланхолии у человека отсутствует представление в сознании связи с потерей объекта — это процесс сферы бессознательного.

Фрейд рассматривает возникновение меланхолии как результат задержки интереса к остальным сферам жизни, помимо утраченного объекта, что приводит не только к упомянутому выше ухудшению самочувствия, но и к существенному обеднению собственного Я. При печали человек склонен негативно реагировать на внешний мир, при меланхолии вся сила его обвинений обрушивается на самое себя, на свое Я. Фрейд объясняет также снижение желания жить у людей, переживающих тяжелую бессознательную утрату: сила ненависти к себе настолько сильна, что приводит к преодолению влечения, которое обеспечивает механизм выживания. Соответственно, внутренняя работа, которая поглощает Я человека, приводит к симптомам, которые видны как внешние проявления и которые можно было бы назвать феноменологическими проявлениями внутрипсихических процессов.

Еще одним важным характерным отличием меланхолика от человека, находящегося в состоянии скорби, это чувство стыда, совершенно чуждое меланхоликам. Здесь уже можно увидеть, что сущностью явления меланхолии Фрейд полагает процессы, тесно связанные и обусловленные отношением к собственному Я. Если человек, погруженный в скорбные чувства, зачастую испытывает стыд перед окружающими людьми, миром в целом, то для меланхолика внешнее окружение и какие-либо чувства перед ним мало волнуют, ведь он полностью сосредоточен на своем Я, подчас получая удовольствие от самоистязания. Здесь Фрейд вскрывает очень важное противоречие, открывающее понимание механизма развития меланхолии [5, с. 217]. Если следовать аналогии, принятой Фрейдом в отношении работы печали, то пришлось бы утверждать, что состояние меланхолика вызвано потерей объекта. Но в действительности можно заметить, что страдания при меланхолии вызваны утратой своего Я.

Немаловажным моментом выступает акцентирование внимания на том, что меланхоликам свойственен бред морального преуменьшения, именно нравственного недовольства собой. Фрейд это описывает как разделение психической структуры личности на две принципиально важные с точки зрения психоаналитической теории части: собственно Я и то, что он пока называет совестью. Интересно наблюдать за тем, как Фрейд в длительном анализе психических расстройств и поиске их объяснений приходит к открытию вещей, которые станут основополагающими для той теории, которую он разрабатывает. Нравственное недовольство собой, которым отличаются меланхолики, исходит от цензурирующей инстанции, внутренней совести, которая подвергает осуждению самого человека, то есть самое себя. Здесь также надо заметить, что работа «Печаль и меланхолия» выступила одной из работ, в которой Фрейд посредством анализа различных психических расстройств пришел к созданию второй топографической модели личности.

Другим определяющим моментом в выявлении центрального психологического механизма развития меланхолии выступает то обстоятельство, что, по наблюдениям Фрейда, все обвинения, которыми меланхолики осыпают себя, на самом деле относятся как будто к другому человеку, а не к самому себе. Таким образом, все самообвинения субъекта оказываются лишь кажущимися, поскольку в действительности они относятся к потерянному объекту любви и привязанности [5, с. 218]. В этом открытии Фрейда заключается большое достижение для психоанализа, сделанное на материале изучения процесса переживания меланхолии (депрессивных состояний).

Ж. Лапланш справедливо отмечает, что ценность работы «Печаль и меланхолия» определяется тем, что Фрейд в результате поиска объяснительных конструкций для возникновения меланхолии, пришел к понятию орального поглощения. Данное понятие является центральным для объяснения меланхолии, поскольку при утрате значимого объекта происходит самоотождествление с ним, то есть человек в своем отношении к утраченному объекту регрессирует на оральные стадии своего развития [2].

Возвращаясь к самому процессу орального поглощения, Фрейд рассматривает конкретную последовательность, в которой это осуществляется. Изначально человек обретает привязанность к некоторому объекту, на которого направляется сексуальная энергия. Затем имеет место некоторое событие (разочарование, расставание, обида), которое разрывает связь между человеком и объектом привязанности, в результате чего освободившаяся сексуальная энергия находит способ для того, чтобы вновь направиться на излюбленный объект посредством идентификации Я с ним. А поскольку Я было отождествлено с потерянным объектом, то вместе с потерей объекта, произошла и потеря Я, что приобрело вид самообвинений со стороны цензурирующей части личности. Можно сказать, что при этом конфликт между человеком и объектом преобразовался причудливым для психики образом в конфликт между Я и Сверх-Я [5, с. 219]. Ж.-М. Кинодо, выражая эту сложную последовательность психоаналитических умозаключений на простой язык, указывает, что у меланхолика «Я никчемен!» на самом деле означает «Ты никчемен!» [1, с. 223].

Психологический механизм развития меланхолии невозможно понять без того, чтобы подробно не рассмотреть часть, которая вносит определяющий вклад в этот процесс. Сложность состоит в том, что изначальный выбор объекта привязанности происходит на нарциссической основе. Это обстоятельство приводит к тому соображению, что в случае, если связь с объектом разрывается, то человек регрессирует к нарциссизму (с которого начинала формироваться привязанность). Человеку необходимо для себя восполнить утраченную привязанность, что осуществляется в отождествлении Я с этим объектом. Это необходимо для того, чтобы необходимая привязанность была хотя бы каким-то способом восстановлена, если связь с реальным объектом восстановить не представляется возможным [1, с. 225].

Дальше рассуждения Фрейда, по его собственным признаниям, носят очень гипотетический характер, поскольку непосредственных подтверждений на практике на тот момент времени обнаружено не было. Однако, опираясь на теоретические разработки собственной концепции, Фрейд делает предположение, что люди нарциссического типа в большей степени склонны к меланхолии. Фрейд выдвигает гипотезу, основанную на теории, что при меланхолии происходит регрессия привязанности к объекту к оральной стадии развития, которой как раз свойственен нарциссизм [5, с. 220].

Таким образом, меланхолия имеет как свои специфические черты, так и общие с нормальным аффективным явлением печали, так как, с одной стороны, внешним источником меланхолии выступает реальный разрыв с объектом привязанности, а, с другой стороны, меланхолия основывается на психологическом механизме регрессии либидо на нарциссическую (оральную) стадию.

Кроме того, меланхолия развивается на такой характеристике любви, как амбивалентность, то есть там, где возможны переходы между любовью и ненавистью. Амбивалентный конфликт выступает движущей силой патологизации печали, проявляющей в виде интенсивных самообвинений. Ненавидя самих себя, меланхолики, таким образом, выражают косвенно ненависть к объекту привязанности, реализуя садистические желания по отношению к объекту, который вызывает у них как любовь, так и ненависть одновременно. Занимаясь активным и самоотверженным самоистязанием, меланхолики осуществляют месть объекту привязанности. Желание мести и садизм Фрейд рассматривает в качестве объяснений стремления к самоубийству у тех людей, которые потеряли привязанность к объекту и стали жертвой меланхолического расстройства [5, с. 222].

В свете представленных психоаналитических построений становится ясно, что люди, страдающие депрессивными состояниями (меланхолией), стремятся убить не себя, а объект своей амбивалентной привязанности (любви и ненависти). Зависимость от объекта делает человека слабым, равнодушным к каким-либо другим сферам жизни, помимо утраченного объекта, это приводит к сниженному настроению, подавленности, безынициативности и снижению продуктивности, то есть эта зависимость поглощает всю энергию Я.

Последним важным моментом, о котором необходимо упомянуть, является вопрос соотношения сознательного и бессознательного в процессе развития меланхолии, в процессе разворачивания амбивалентного конфликта по отношению к объекту привязанности. Ранее было рассмотрено, что отличие меланхолии от печали состоит в том, что значение потерянной связи с объектом любви от человека скрыто, находится в сфере бессознательного [1, с. 226]. Весь сложный процесс самообвинений и их действительных истоков также проходит в бессознательной плоскости, однако это не означает бесповоротной скрытости от субъекта происходящих в его психической сфере баталий. Амбивалентный конфликт между Я и объектом привязанности находит доступ к сознанию человека через конфликт между Я и критической инстанцией, которую позже Фрейд назовет Сверх-Я.

Меланхолия отличается от нормального чувства печали или скорби тем, что потерей объекта в этом случае чаще всего выступает не просто реальная физическая потеря определенного человека из близкого окружения, но в качестве объекта может выступать любая вещь, самая обобщенная и идеализированная, а потеря объекта не обязательно только реальная потеря, но это может быть сильная обида, разочарование, потеря веры или надежды в кого-то или во что-то. Меланхолия всегда строится на амбивалентном конфликтном отношении человека к объекту привязанности, которое сопровождается тяжелыми самообвинениями, направленными на самом деле на утраченный объект. Ненависть к объекту выражается через ненависть к самому себе за счет механизма регрессии либидо на оральную стадию развития, к нарциссическому Я. Так очень коротко можно очертить представления Фрейда о процессе, динамике и механизме возникновения меланхолии.

В завершение краткого обзора работы Фрейда «Печаль и меланхолия», необходимо выделить несколько моментов. Прежде всего, хочется отметить логическую стройность умопостроений Фрейда при анализе сложных взаимоотношений между как внутриличностными структурами субъекта, так и между субъектом и объектом его привязанности. Интерес данная работа представляет тем, что, несмотря на высокую степень сложности аналитического подхода, Фрейд очень ясно, непротиворечиво и теоретически обоснованно представляет свои рассуждения о бессознательных и сознательных механизмах развития меланхолии.

Также интересно отметить, что Фрейд прямо признает недостаточность эмпирических свидетельств своих теоретических гипотез, что придает его работе динамичность, открытость теориям, разработкам и новым точкам зрения, эмпирической проверке и уточнению предложенной им концепции меланхолии. Такой подход к анализу психических расстройств кажется продуктивным, поскольку он дает возможность очертить основные опорные теоретические пункты, определить пока эмпирически не исследованную область, и оставить большую область возможных дополнений и изменений другими психологами.

 

Список литературы

  • Кинодо Ж.-М. Читая Фрейда: изучение трудов Фрейда в хронологической перспективе. – М.: Когито-центр, 2012. – 416 с.
  • Лапланш Ж. Словарь по психоанализу / Ж. Лапланш. – М.: Институт общегуманитарных исследований, 2010. – 751 с.
  • Лейбин В. Краткий психоаналитический словарь-справочник. – М.: Когито-Центр, 2015. – 191 с.
  • Психоаналитические термины и понятия: словарь / под ред. Б.Э. Мура, Б.Д. Фаина. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – 304 с.
  • Фрейд З. Основные психологические теории в психоанализе. Очерк истории психоанализа. – СПб.: Алетейя, 1999. – 254 с.
  •  

    Источник

    Оставить комментарий